18:41 

Барселона. Часть 2

Gretchen_Ross
Тварь из другого мира
Название: Барселона
Форма: миди
Персонажи: безымянные искатели, поименно названные экзорцисты
Категория: джен
Жанр: драма
Рейтинг: R
Краткое содержание: После кровавой ночи наступает кровавый рассвет - время собирать прах и пепел.

Часть 1. Саграда Фамилия

Часть 2. Глаза мертвых

Они не предполагали, что среди завалов найдется столько живых.
- Помоги-ка мне, - позвал Роджер, указывая на лежащего среди обломков стены мужчину. Нога несчастного была придавлена каменной плитой, и он глухо стонал, царапая побелевшим пальцами землю.
Джин подумал, что бедняга теперь останется калекой - кость раздроблена, скорее всего, ему отнимут ногу. Выдает ли Черный Орден пенсии тем искателям, которые были ранены на службе? Джин попытался вспомнить и не смог; кажется, за те восемь с половиной лет, что он состоял при Главном управлении, подобный вопрос ни разу не возникал: искатели на службе только умирали. Впрочем, к чему об этом размышлять сейчас? Комуи наверняка найдет способ позаботиться о раненых – иначе быть не может.
- Что мне делать? Приподнять обломок? - спросил Джин.
- Да, - кивнул Роджер, перебираясь через завал поближе к стонущему искателю, - по моей команде. А я попробую его вытащить.
Мужчина, поняв, что кто-то сейчас попытается его передвинуть, в ужасе забормотал что-то по-французски; должно быть, движение причиняло ему страшную боль.
- Потерпите, - успокаивающе обратился к нему Роджер на его родном языке. - Сейчас мы вас вызволим.
Он подхватил француза подмышки и кивнул. Затем, дождавшись момента, когда Джин приподнимет тяжелую каменную плиту, резко потянул мужчину на себя. Тот взвыл, словно истерзанное животное; взгляду Джина предстало кровавое месиво, бывшее некогда человеческой ногой.
- Нужно ампутировать, и срочно, - заметил Роджер. - Лучше бы, конечно, проводить такую операцию в Главном управлении, но, боюсь, он не дотянет - может развиться гангрена.
Он провел рукой по волосам, и Джин обратил внимание, что за эту ночь Роджер заметно поседел. Его густая, еще вчера сочно-каштановая шевелюра теперь казалась посыпанной пеплом. Этим утром Джин у многих, в том числе и совсем молодых юношей, замечал седину. Себя в зеркале он еще не видел, но не сомневался в том, что и его постигла та же участь. Вот уж чего Джин не ожидал, так это поседеть в тридцать два года. В наследство от отца и деда ему достались прекрасные темные волосы, и раньше он рассчитывал, что, так же как отец и дед, будет щеголять ими лет до пятидесяти. Теперь Джин не был уверен даже, проживет ли он еще столько лет. До того, как вступить в Черный Орден, он служил в британской армии, и потому очередная война не должна была стать для него чем-то новым - но чувство отчаянной беспомощности, не оставлявшее его на протяжении всей этой страшной ночи, Джин испытал впервые.
- Мне помочь тебе? - поинтересовался он у Роджера.
Тот покачал головой, поднимаясь с корточек и отряхивая плащ от налипшей грязи.
- Не стоит, я найду помощников. Оставь живых и раненых мне, а сам займись мертвыми.
Джин кивнул; Роджер раньше был военным хирургом, и на него можно было положиться. Кроме того, сейчас и в самом деле следовало заняться другими делами. Сделав несколько шагов вверх по улице, он остановился и, убедившись, что Роджер уже подозвал нескольких парней и уверенно раздает им указания, продолжил свой путь.
Ему было поручено собрать в центральном районе Барселоны то, что осталось от погибших искателей. Пыль, в которую обратились тела, еще до рассвета унес ветер, но остались одежда, оборудование, именные жетоны, которые необходимо было вернуть в Главное управление. На углу Джина окликнул Эстебан де Сильва, один из многих командиров, оставшихся без отряда.
- Как успехи?
- Как видите, - сухо откликнулся Джин, не слишком заботясь о том, чтобы ответ прозвучал достаточно вежливо. Эстебан ему не нравился; было что-то отталкивающее в его жгучих черных кудрях, сейчас неопрятно падавших на лоб, в сочных алых губах и мощной бычьей шее. Отчего-то Джин не сомневался, что Эстебан стоял сейчас перед ним не благодаря святому провидению, хранившему этой ночью рабов Божьих, а потому, что он вовремя нырнул в ближайшую нору и до рассвета прятался там от акум.
Эстебан задумчиво пожевал губами.
- Вы действительно собираетесь копаться в этой дряни? - спросил он.
- Разумеется.
Вместе с приказом Джину выдали несколько вещевых мешков и никаких более инструкций – кровавая бойня, развернувшаяся этой ночью в Барселоне, настолько потрясла его собственного командира, что он оказался совершенно неспособен на сколько-нибудь взвешенные указания. Впрочем, Джин в них и не нуждался. Ему было не впервой собирать останки на полях сражений. Почувствовав на себе цепкий взгляд Эстебана, он резко отвернулся.
Угол, на котором они стояли, выходил на площадь. В центре ее высилась величественная Саграда Фамилия, недостроенный храм, который уж много лет возводил какой-то каталонский гений. Нападение акум изрядно добавило архитектору работы: от выстрелов пострадал один из шпилей и был сильно разрушен портал Веры (или, может быть, портал Надежды - Джин путал их, несмотря на все свое прилежание в изучении католических святынь). На полдороге к храму валялся порванный искательский плащ, от которого поземкой ползла узкая полоска пыли.
- Да бросьте вы, ей-Богу, - заговорил Эстебан. – Это совершенно бесполезная возня. Мешков у вас достаточно, просто сгребайте туда все, что найдете. Они дали вам какой-нибудь веник?
- Необходимо найти жетоны. В противном случае останки невозможно будет опознать.
Эстебан презрительно фыркнул, махнув рукой у Джина перед носом.
- Опознать? - бросил он и, неприятно рассмеявшись, указал на валявшуюся одежду. - По-вашему, тут есть что опознавать? Да и кому это надо? Собрать потом всех вместе да пересчитать, а тех, кого не досчитались, хоронить - вот вам и все опознание.
- Как насчет раненых, которые погибнут под завалами, если их не хватятся и не начнут искать? - спросил Джин, вспомнив несчастного искалеченного француза, но Эстебан, не слушая его, продолжал разглагольствовать:
- Вы же бывший солдат, вы должны понимать толк в таких вещах. Самая настоящая братская могила.
- Где ваши люди? - прервал его Джин, не в силах более слушать пустопорожнюю болтовню этого напыщенного индюка и желая сменить тему.
Эстебан побагровел и сжал челюсти так, что на скулах заиграли желваки.
- Не знаю, - нехотя процедил он. - Я потерял их во время боя за пару улиц отсюда. Этот выскочка Вишневский решил, будто он тут командир и принялся раздавать приказы.
Выскочку Вишневского Джин не знал, но не сомневался, что минувшей ночью чьи угодно приказы были лучше тех, что мог отдать Эстебан.
- Где он теперь, этот ваш Вишневский? - спросил Джин. - Он уцелел?
- Надеюсь, он сдох где-нибудь под стенами Саграда Фамилии! - зло выплюнул Эстебан, мотнув головой в сторону собора, и Джину вдруг стало невыносимо мерзко находиться в его обществе. Казалось бы, в Черный Орден должны приходить избранные: благородные и мудрые, но почему-то и среди искателей, и среди научных сотрудников, и даже среди экзорцистов, в чем Джин имел несчастье убедиться за последние восемь лет, подлецы и мерзавцы попадались столь же часто, как и во всем остальном мире.
- Прошу прощения, мне надо работать, - отчеканил он и, не дожидаясь ответа, развернулся на каблуках и направился в ту сторону, где валялся искательский плащ.
Присев на корточки, Джин аккуратно обыскал карманы: жетон нашелся в нагрудном. Серая пыль, еще оставшаяся в складках ткани, пощипывала кожу, окрашивая пальцы в тошнотворный мертвенный оттенок. Поколебавшись немного, он все же сгреб рассыпанный вокруг пепел в одежду и завязал ее узлом. Затылок нестерпимо жгло - Эстебан продолжал стоять у стены, наблюдая за ним.
- Хотите помочь? - громко осведомился Джин, не оборачиваясь. Ответом послужило гневное фырканье, и, когда он поднялся на ноги, площадь уже опустела.
Вздохнув, Джин подхватил искореженное оборудование. Теперь оно превратилось в бесполезную груду металлолома, но оставлять его посреди Барселоны было нельзя. Джин прикинул, что стоило передать короб кому-то из своих, чтобы отнесли в штаб. Он огляделся по сторонам в надежде заметить знакомые бежевые плащи, но улицы Барселоны были безлюдны. Даже простые жители почти не попадались на глаза: этим утром каталонцы не торопились выходить из дома. Поразмыслив, Джин двинулся в обратном направлении, туда, где оставался Роджер, но пронзительный полукрик-полустон заставил его изменить решение. Только что кто-то совершил ужасную находку…
Он выбежал на широкую улицу, куда уже стекались привлеченные криком люди. В первую секунду Джин не понял даже, что произошло и отчего вдруг началась суета.
- Что здесь... - начал он, обращаясь к стоящему рядом искателю, и осекся, проследив за направлением его остекленевшего взгляда.
На фонарном столбе, распятый вниз головой подобно апостолу Петру, висел экзорцист Дейша Барри. Лицо, перекошенное в предсмертной агонии, говорило о муках, которые он испытывал в последние минуты жизни, и Джин невольно отступил назад, потрясенный этой продуманной символичной жестокостью. Искательское оборудование вдруг показался нестерпимо тяжелым, и, почти не отдавая отчета в своих действиях, он опустил талисман на землю рядом с собой.
Вокруг импровизированного креста собиралась толпа. Искатели горестно стонали, перешептывались, заламывали руки. Приблизиться к телу никто не решался, и между людьми и фонарным столбом образовалась зона отчуждения. С противоположной стороны к резной калитке прислонились Канда и Нойз Мари, скорбно опустившие головы.
- Надо снять его, - произнес Джин и сам удивился тому, как глухо и хрипло прозвучал его голос.
Никто не откликнулся; искатели не сводили глаз с распятого тела. На лицах многих читался ужас, граничащий с паникой, и Джин знал его причину. Если в войне с Графом погибал простой человек, это становилось горем, как и всякая ранняя смерть. Но если погибал экзорцист... О, эта потеря была сравнима с знамением Апокалипсиса. Раз даже экзорцист, наделенный силой, отмеченный Господом, не сумел устоять перед легионами Тьмы, то не значит ли это, что все они обречены на поражение?
И все-таки тело нужно было снять.
- Его нельзя оставлять здесь, - произнес Джин громче. - Кто поможет мне?
Двое оставшихся в живых экзорцистов молчали. Мари, кажется, был слишком подавлен, а Канда просто не обращал внимания на болтовню какого-то искателя. Джин обернулся к остальным, но столпившиеся вокруг люди стояли неподвижно. Он снова взглянул на Дейшу Барри, понимая, что в одиночку не сумеет распутать удерживающие тело цепи.
- Я помогу, - раздался чей-то голос сзади, и Джин, обернувшись, увидел Банни Трелони.
Юный Банни служил с Джином в одном отряде. Минувшей ночью их отрезало друг от друга, и сейчас Джин рад был видеть, что его младший товарищ невредим: на лице Банни красовались лишь несколько царапин. Одна из них, довольно глубокая, тянулась наискось через левую щеку; от нее должен был остаться шрам, но на такие мелочи едва ли стоило жаловаться. Да и, в конце концов, разве не шрамы украшают мужчину?
В остальном Банни был все тот же, что и вчера: волосы не поседели, на лбу не обозначились морщины. Только восторженная вера, раньше горевшая в его глазах и временами изрядно беспокоившая Джина, исчезла, уступив место холодному рациональному неверию.
Оглядевшись, Банни подтащил один из искательских коробов и поставил рядом с фонарным столбом, чтобы можно было дотянуться до скованных цепями ног экзорциста. Джин заставил себя собраться.
- Сначала освободим руки, - сказал он.
С помощью Банни он распутал цепи, стягивавшие левое предплечье экзорциста; тело было еще теплым. Словно очнувшись, Мари подошел ближе и помог придержать боевого товарища, пока Джин, стоя на коробе, освобождал ноги. Вдвоем они сняли Дейшу и уложили на землю. Канда коротко глянул на них, оценивая, стоит ли подключиться, и вновь опустил голову: рядом с фонарным столбом и так толпилось достаточно народу. Это разумное взвешенное решение неприятно царапнуло Джина.
- Нужны носилки, - пробормотал Банни, не сводя глаз с тела: плащ Дейши был изодран, на запястьях виднелись густо-синие кровоподтеки от перетягивавших их цепей. Так мог бы выглядеть простой искатель... обычный человек. - Или мешок... Что-то, чтобы донести его до штаба.
- Да, - надтреснутым голосом откликнулся Мари, тяжело опираясь о фонарный столб. Джин запоздало вспомнил, что все три экзорциста учились у Фруа Тьедолла, а значит, были знакомы уже много лет.
За их спинами началось шевеление: кто-то догадался отправиться за носилками, а заодно доложить о потере в штаб, без дополнительных приказов. Значит, оставалось только ждать. Джин опустился на колени перед распростертым на мостовой телом; широко распахнутые глаза Дейши смотрели в чистое голубое небо, еще окрашенное восходом в нежные розоватые цвета. Джин много раз слышал рассказы о том, что в зрачках убитого можно увидеть убийцу - и столько же раз, на той или иной войне, убеждался, что все эти россказни лишь глупые страшилки. Вот и сейчас в глазах Дейши не было ничего, только отражение безграничного небесного простора. Повинуясь внезапному порыву, Джин склонился ниже, пытаясь по широко распахнутым глазам экзорциста угадать, в каких кругах рая или ада может сейчас находиться его душа; но в глубине зрачков была одна пустота. Десятки и сотни раз Джин видел эти пустые мертвые глаза, устремленные в небо над полями сражений - и никого рядом, кто закрыл бы их. Он протянул руку, но заколебался, вопросительно глядя на экзорцистов. Казалось правильным, если эту почесть Дейше окажут равные ему. Но Мари, тяжело облокотившийся о столб, был слеп и не мог почувствовать его взгляда, а Канда, по-прежнему отвернувшись, сжимал катану. Чужая рука мягко опустилась на плечо Джина, и он, подняв голову, встретился глазами с Банни. Тот молча ободряюще кивнул.
Оказывается, экзорцист не только мог погибнуть так же, как и простой смертный. Рядом с экзорцистом, так же, как и рядом с простым смертным, могло не найтись друга или брата, который закроет ему глаза.
Глубоко вздохнув, Джин провел ладонью по лицу Дейши Барри.

@темы: искатели, фанфик

   

DGM - Неформат

главная